Комиссар Катар

— Как только проект будет закончен, деловой человек сможет диктовать инструкции из Нью-Йорка и они будут немедленно появляться в его офисе в Лондоне или в другом месте. Он сможет со своего рабочего места поговорить с любым телефонным абонентом на земном шаре. Недорогой инструмент, не больше, чем часы, позволит его владельцу слушать где угодно: в море или на земле музыку или песни, речи политического лидера, выдающегося ученого или проповеди священника, находящегося на огромном расстоянии. Точно также могут быть переданы любая картина, знак, рисунок или текст
(цитата Никола Тесла, 1908 год).

Я хочу добавить, что Тесла не сказал главного - он не сказал о волновой передаче болезней на любые расстояния и использовании модуляции, как оружия.
Мне часто задают вопрос - могу ли я ликвидировать любого человека на планете Земля. Да могу! Я могу уничтожить целые строения и государства и это самое малое из того, что позволяет геном-модуляция. И поверьте, что это не горячечный бред душевнобольного, а слова ученого и естествоиспытателя.
Почему я этого не делаю, ведь по сути у меня в руках то, что приведет к власти, успеху, поклонению, славе...? Все просто - я не мясник, не киллер и не разрушитель, а во власти уже был и теперь туда меня дрыном не загонишь. Да и слава Киркорова в образе Летучей Мыши мне совершенно не интересна.
Я забочусь о самом ценном, что есть у меня, о моей душе, хотя признаюсь честно, не всегда в полной мере и не во все времена моей жизни. Наверное поумнел с возрастом и пересмотрел многие свои поступки в которых раскаялся. Ошибки были у каждого и я не исключение.
Душа главное и лад с ней настоящее чудо. Знаете, когда мы с коллегами буквально вытаскиваем с того света очередного больного или просто помогаем страждущему своими знаниями и умением, все ценности материального мира отступают в далекие дали. Мне сказали СПАСИБО и Бог меня спасет, ведь глас народа, глас божий. Я в это очень верю.
Блага дарить мне не нужно, все, что требуется для человека Бог уже мне дал. Зарабатывать честно я умею. А вот СПАСИБО для меня неописуемо близко. Правда еще книги. От них никогда не откажусь и принимаю с радостью. Книги, но не макулатуру.
Мои предки всегда собирали книги и я верен этой традиции. Моему внуку есть, что почитать и что обсудить с дедом. Я все это внимательно изучил.
Знаете, когда-то у Генри Форда спросили про его образование. На что он ответил:
— Высшее.
— А, что вы окончили? — последовал новый вопрос.
— Я учился в библиотеке.
Так вот, я в ней практически живу и совершенно не желаю быть Фордом, поскольку избрал свой путь начетчика староверов, но с Генри полностью согласен — дело не в университете, а в его библиотеке.
Вспоминая студенческие годы, мы говорим о многом, но именно библиотеку часто забываем.
Я не очень люблю читальные залы, мне нужно общение с книгой один на один и услужливое молчание бесконечных рядов добротной литературы, среди которых подарки моих пациентов. Я знаю, где они стоят и от кого присланы — у меня приличная библиотека, а значит и картотека о ней соответствует. Вообще здесь иная жизнь и этикет, отличные даже от кабинета, куда ведут широкие двери из этого хранилища. Например, я никогда не зайду туда, если принял рюмку-другую. Этому меня научил отец. А еще это место, где никогда не топится камин.

Во влажном серебре стволов
Троились отраженья слов,
Еще не виданных доныне,
И вот в разгневанном камине —
Внутри огня — ты видишь их
И пламя воплощаешь в стих.

С тех пор сто лет прошло. Никто
Тебе откликнуться не в силах...

(М. Петровых.
«Болдинская осень», 1930)

Я не хочу быть тенью на стенах и полках книг, здесь теней предостаточно и им покойнее при зеленой лампе и плюшевом пледе на плечах читающего.
Вообще, для меня камин дан как часть интимного, уютного переживания в кругу друзей, возможность вернуться в молодость. А потому он уместен в кабинете, зале, столовой, но ни там. Авторам нельзя набиваться в друзья, автор сам сыщет преданного друга, пусть даже между нами века. Ему нужен читатель.
От камина не бывает уныния, бывает разочарование мастером. И разочарование нужно переживать не в уюте, а в келье, пустой и холодной, какой становится библиотека, в которую я сам допустил непотребство печати никчемного слова.
Камин создан для письма при нем, чтение не его юдоль.
Вообще, камин это каменка-печь, и не беда, что у многих поэтов его или ее нет — рукописи целее будут. Не думаю, что сожжением их стоит облегчать душу.
Камин может быть чужим, но это все-таки некий связующий со старой Россией элемент быта, воспринимающийся отчасти роскошью и признаком избранности, а поэт всегда избранник и всегда творит при камине, пусть даже и он просто видение. Отсюда и теплота стихов.
Камины перестали быть в России типичной приметой быта и почти ушли из домашнего уюта, но не для поэта. Между ним и камином нет третьего — он, как Отец воплощает в пламя стих.
Сотворение, попытка разгадать силу Божьего слова. А сам камин это повод к стихам или мыслям, обретенным в библиотеке.

комиссар Катар. 15.10.2023